 Фанфик «Переходный возраст»
Шапка фанфика:
Название: Переходный возраст
Автор: Naina_
Фандом: реборн
Персонажи/ Пейринг: Тсуна, Реборн, люди на заднем плане
Жанр: повседневность с претензией на психологию
Рейтинг: пг
Размер: миник
Статус: закончен
Дисклеймеры: Амано
Размещение: спросить
Текст фанфика:
Он ничего не понимал. Совершенно.
Как вообще можно было разбудить его в три часа ночи после ужасной пятичасовой тренировки и заявить, что «завтра контрольная, и, если напишешь ее плохо, я тебя убью»? Нет, Савада никогда не поймет Реборна и его странной любви к издевательствам над ним.
Они, можно сказать, только вчера спасли все миры от чего-то очень страшного, подарили спокойную жизнь всему населению этих миров, а Реборн заявляет о необходимости тренировок и какой-то там контрольной по геометрии. Да кому нужна эта ваша геометрия? Он лучше еще десять раз проиграет в Чойс и двадцать раз сразится с Бьякураном, чем встанет завтра в восемь утра и пойдет в школу.
Тсуна вспомнил тот бой; Юни, которую Киоко-чан и Хару вспоминают со слезами на глазах; тот странный взгляд Шоичи-куна, когда в пламени Х-Банера последний раз сверкнуло небесное кольцо Марэ.
Нет, он лучше выберет геометрию. И с треском провалит ее, как обычно.
— Не отвлекайся, Тсуна, — произнес Реборн, отпивая чай и ударяя Саваду линейкой по лбу, — Давай, расскажи мне, по какой формуле из радиуса вписанной окружности выражается…
Нет, ну это невозможно. Они что, и правда уже проходили это в школе? Да быть не может. Он некоторые слова вообще сегодня впервые услышал.
— Реборн, я хочу спать.… Три часа ночи, я все равно ничего…
— Молчать! – скомандовал он, еще раз ударяя Саваду линейкой.
— Иттэ… — жмурясь и потирая ушиб, произнес он. Методы обучения у Реборна жестоки и на Тсуну, можно сказать, совершенно не действуют. Оценки-то его улучшились максимум на полбалла.
— Решай вот эту задачу, — поучительно произнес репетитор, тыкая линейкой в учебник, — потом покажешь мне.
Савада недоуменно читал условие задачи; прочитав его пять раз, он вздохнул и решил даже не пробовать понять непонятное. Реборн уже спал.
— Реборн… — пробормотал Тсуна, закрывая учебник и выключая свет.
Ну, провалит он контрольную, и что – не впервые же. Да и, тем более, его оценки никого беспокоят.
***
Савада Тсунайоши проснулся в шесть утра, сам от себя не ожидая такого. Он чувствовал себя бодро, но вставать было лень, и Десятый решил просто полежать. Когда это он отказывался от отдыха?
Его сонную голову посещали мысли, совершенно разные по своему содержанию – формулы по геометрии, которые он все равно путал между собой; воспоминания о будущем, которые уже казались совсем нереальными; Киоко-чан, которую он вспоминал вне зависимости от времени суток. Он вспомнил синие глаза, блестящие от слез и счастливые от осознания, что рядом кто-то родной – настолько, что разделит даже такую тяжкую ношу, как смерть.
Гамма тогда что-то говорил, определенно что-то приятное, и Юни улыбалась – совсем неприметно за маской страха на лице.
Тсуна открыл глаза – так воспоминания теряли свою живость, и это больше походило на фильм, чем на события двухдневной давности. Он бы ни за что не согласился переживать это снова – особенно если рядом были его друзья, страдавшие не меньше него.
Он перевернулся на бок, встречаясь взглядом с Реборном. Его невыразительные глаза были немного прикрыты – Тсуна замечал такое выражение у Ямамото, когда тот был расстроен – и казались совсем тусклыми. Савада приподнялся на локте и обеспокоенно окликнул его по имени. Репетитор качнул головой и присел за стол.
— Тебе не следует так много думать о произошедшем, Тсуна. Твоя семья будет беспокоиться за тебя. Забудь, как они забыли.
Савада неуверенно кивнул, почему-то первым делом вспоминая не Гокудеру, Ямамото или старшего брата, а Шоичи-куна. Ему было жаль Ирие, на которого столько всего свалилось, и которому пришлось расхлебывать это все практически в одиночку.
Ему, правда, было очень жаль. Ведь Шоичи-куну проще было бы остаться с Бьякураном, Мельфиоре и своими собственными тайнами, чем ввязываться в эту историю с предательством, от которого – Савада знает – давит чувство вины и щемит грудь.
Какой из него Босс, если он бы сам так никогда не поступил?
— Реборн, — задумчиво произнес Тсуна, натягивая футболку, — за что мы сражались на самом деле? Ну, там? В будущем?
Аркобалено пожал плечами.
— За мир во всех мирах, конечно же.
Мир? Спасение мира? Он смеется, что ли?
Савада Тсунайоши – пятнадцать лет, карие глаза, пара черных перчаток, два кольца. Род деятельности – спаситель мира. Ему смешно.
— Но ты, Даме-Тсуна, сам знаешь, за что сражался, — философски изрек Реборн, — ты не герой, и не воспринимаешь таких благородных слов и целей.
Савада Тсунайоши – пятнадцать лет, карие глаза, низкие оценки, странные друзья. Род деятельности – неудачник.
Да, так определенно лучше звучит.
Тсуна улыбнулся – он всегда мысленно улыбался теплой ностальгии, когда Реборн называл его этим приевшимся прозвищем. Оно глупое и никогда ему не нравилось, но оно, наверное, единственное, что осталось от его беззаботного прошлого.
У него даже за тесты теперь не каких-то там семнадцать привычных и родных баллов, а целых двадцать, а то и двадцать два. Ему все чаще кажется, что половину жизни за него прожил кто-то другой. Кто-то в черных перчатках и сильнейшими мира сего вместо обычных странных друзей.
***
На контрольную он пришел задумчивым, старательно скрывая свое настроение за нервным смехом и глупыми отмазками – бессонница, Реборн замучил, тренировки. Гокудера говорил что-то о «неиссякаемое энергии Джудайме», Киоко-чан посоветовала ложиться пораньше. Ямамото также нервно смеялся.
Всю контрольную Тсуна тихо смотрел в окно, задумчиво перебирая все события, что с ним произошли. Работу он даже не подписал.
Остальные уроки прошли примерно так же – Гокудера пытался отвести его в медпункт или уговорить отправиться домой. Тсуна качал головой.
— Нет, я останусь. Мы ведь так давно не были в школе, да? – с натянутой улыбкой.
Гокудера верил. Или делал вид.
Может, это и есть переходный возраст?
***
Придя домой, Савада ощутил острую потребность поговорить с кем-нибудь. Он не хотел показывать свою напряженность Гокудере-куну и остальным, маму он не хотел беспокоить.
Бросив рюкзак в дальний угол комнаты и переодевшись, Тсуна направился на улицу – просто погулять и найти место, где его никто не увидит. Затея показалась ему странной и необдуманной, на лучшего кандидата на роль психолога он не мог найти.
***
Такое место нашлось – после получаса бесцельного гуляния по городу Савада пришел к мосту, под которым находилось сухое, незаметное и достаточно светлое пространство. Подходя к цели, Тсуна судорожно сжимал в руке кольцо.
Савада Тсунайоши – пятнадцать лет, карие глаза, кольцо Вонголы и переходный возраст. Род деятельности – в поиске себя.
Он сел на примятую траву, надел кольцо на палец, изо всех сил стараясь сбросить с себя дрожь. Синий камень осторожно засветился рыжим пламенем.
Савада зажмурился, прижав кольцо к груди – он совсем не знал, как это делается на самом деле – и тихо позвал.
— Примо…сан, я бы…очень хотел с вами…поговорить…
Пламя запылало чуть сильнее – Тсуна зажмурился чуть крепче – но никаких признаков присутствия Первого он не заметил. Осторожно приоткрыв один глаз, он осмотрелся и расслабился, погасив огонек на синем камне.
Он понял, что вполне может позвать его. Просто не хочет.
Савада вздохнул и откинулся спиной на прохладные кирпичи. Ему совсем ничего не хотелось.
***
Домой он бежал со всех ног – он был совершенно уверен, что, хоть и пропал всего на час, все уже стоят на головах и вообще – весь мир перевернулся. Реборн расстреляет его за очередную провальную контрольную, Ламбо назовет его никчемным, а мама расстроено покачает головой. Это так привычно, так близко ему, что…
…
…он так соскучился.
***
— Тадаима, — произнес он, тяжело дыша и скидывая обувь. Никто не выбежал его встречать, никто не приставил дуло пистолета к виску. Тсуна почти расстроился, когда не обнаружил никого на первом этаже.
Поднявшись по лестнице, он услышал странный шепот и звук падения чего-то на деревянный пол. Он неуверенно открыл дверь в свою комнату.
Реборн пил чай, Гокудера-кун кричал на беззаботного и невозмутимого Ямамото. Завидев Босса в проходе, оживленность спала. Они поприветствовали друг друга, и Тсуна вошел в комнату.
— Я решил, что лучше бы вам всем вместе позаниматься. А то даже Гокудера получил всего девяносто шесть баллов за контрольную.
— А потом можно будет сходить к моему отцу в ресторан, поедим суши, — предложил Такеши.
— Ньяхаха, Ламбо-сан любит суши!
— Уйди от Десятого, тупая корова!
Савада непонимающе смотрел на Ямамото; тот, улыбаясь, развел руками. Реборн усмехнулся и подошел к Тсуне, сбивая того с ног.
— Реборн!..
— Примо никогда не станет говорить с тем, чья решимость испаряется с каждой секундой, Даме-Тсуна. А если тебе не с кем поговорить, то я всегда могу тебя занять более полезными делами.
Савада сел, обвел взглядом комнату, улыбнулся. Кажется, все вернулось в норму.
— Кстати, я обещал тебя убить за проваленную работу. Завтра тренировка на весь день.
— Реборн!
|
