 Фанфик «RCR | ГЛАВА 1: Доктор Хаттс»
Шапка фанфика:
Название: RCR
Автор: FRIST_008
Фандом: Ориджинал
Бета/Гамма: Meldara, AnaLucia
Жанр: Драма, Фантастика, Психология, Философия, POV
Рейтинг: R
Размер: Макси
Статус: В процессе написания
Размещение: Только с разрешением автора
Содержание:
Представьте, что появилась технология, с помощью которой люди, путём диалога друг с другом, уничтожают в себе всё плохое, что только существует.
Представьте технологию, из-за которой в мире могли бы жить только правильные люди.
Представьте технологию, из-за которой все, кто живут неправильно, начали жить правильно.
Представили эту антиутопию?
Я предлагаю погрузиться вам в мир с RCR - Комнатой, Контролирующей Реальность.
Текст фанфика:
Да-да-да, знаю, я должен был после посещения RCR сразу заняться новой книгой, так как ко мне должно было вернуться вдохновение и всё такое, но не получилось. Вместо вдохновения на книгу, RCR дала мне дополнительные знания о себе и вдохновение на продолжение дневника, поэтому, сейчас я, направляясь домой, пишу, что в голову взбредёт. Я даже не знаю, что писать на самом деле, но желание творить присутствует. Надеюсь, это будет интересно, потому что я даже не знаю, что ещё можно рассказать об этой комнате. Зашли, поговорили, отметили в карточке посещение, вышли, получили приз, в крайнем случае, отработали его, всё замечательно, живёте.
Удивительно, у меня сейчас такое чувство, что ко мне поступают новые знания об RCR, хотя я вроде не в ней, а значит, она не может на меня влиять. Странно всё это. И вообще, если я продолжу этот дневник, как хочет RCR, то мне не на что будет потом жить. Всё-таки у меня, как у писателя, есть сроки, которым я должен следовать, принося в редакцию новую книгу. А если я буду писать про то, что и так все знают, тем более ещё и в дневнике, хотя файл можно и переименовать, но это не важно. На чём я остановился? А, неважно.
Мм, надо придумать идею для новой книги... Я стою в центре салона автобуса, выгодная позиция, надо оглядеться, может в нём есть что-то, из чего можно выжать идею.
Нет, ничего примечательно не наблюдаю. Автобус полупустой и все люди как люди.
– А-а! – Вырвалось у меня от боли в тихом тоне, – Чёрт, – шёпотом произнёс я и прислонил руку ко лбу. В голове какая-то режущая странная боль, как будто в неё влетает что-то с размером в иголку с разных сторон.
– Надо что-нибудь придумать, – спокойно сказал я, наблюдая за пешеходами через окно.
Что я только что написал? Блин, у меня уже диагноз писать дневник как книгу. Хотя, так может, будет лучше. Стоп, о чём я? Мне надо писать книгу, а не дневник? Прошлое предложение должно было быть утвердительным.
– Что происходит? – Сказал я, немного пошатываясь. Надо взяться второй рукой за трубу. Чёрт, в глазах темнеет, я, сейчас упаду...
Самовыключение МЗУ.
Я в норме, не волнуйтесь, сейчас расскажу, что случилось: в общем, проснулся я в больнице с выключенным МЗУ (мысле-записывающим устройством), поэтому в подробностях, что там произошло, в дневник не передам, так как сам помню не очень хорошо. Сейчас я дома, в кровати, пытаюсь заснуть, смотря в потолок через ослепляющую тьму. Решил включить МЗУ, чтобы просто отчитаться, даже не знаю зачем, дневник всё-таки. Я упал в обморок в автобусе, кто-то из пассажиров вызвал скорую, и меня на ней забрали. Врачи говорят, я слишком долго не мог прийти в себя. Обычно люди находятся в таком состоянии не более пяти минут, поэтому все уже думали, что я не выживу или засну летаргическим сном, но нет, мне повезло, и я проснулся. Ушибов, ран, синяков нет. Что со мной было? Не знаю, да и мне как-то не хочется об этом думать. Помню только, что в автобусе я четко решил сам для себя, что буду писать об RCR в дневнике, отталкиваясь от знаний, которые она мне будет посылать. Далее я этот дневник принесу редактору, и он скажет, что мне с этим делать. Однако, есть несходства с дневником до обморока, в нём же я писал совсем другое, мол, я хотел писать книгу, а не дневник, и что RCR не может общаться с людьми на расстоянии. Чушь какая-то, ведь я с ней всегда общался на расстоянии, с тех пор как не прошёл подростковую RCR, а про неё я решил написать потому, что она так недавно захотела. Да и я ей должен, она меня столько раз по жизни выручала. Кстати, наверное, надо указать, что, только я могу так с ней общаться, и мне нельзя разглашать эту информацию никому, кроме членов RCR. Блин, почему в МЗУ не придумали до сих пор функцию удаления законченных предложений. Нельзя же было разглашать эту информацию в дневнике, а я... Ладно, вернусь к проблеме с записями: похоже, МЗУ глючит, и она коверкает мои мысли. Наверное, это какой-то сбой. Завтра же сменю на запасной МЗУ, а этот отнесу в ремонт. День закончен. МЗУ выключить.
Наконец-то я сел за рабочее место. Пора бы написать то, что сейчас крутится у меня в голове. Я чувствую, как RCR посылает мне информацию о каком-то событии.
Дата происшествия: неизвестна. Время: 19:06. Место действия — больница, холл. Время работы больницы: двадцать четыре часа в сутки.
На скамейке, неподалёку от регистратуры, сидел врач лет тридцати — хирург. Его чёрный волос был короткий и в районе чёлки торчал вверх. По лицу врача стекал пот, зрачки были расширены и он, поскрипывая зубами, пытался забыть произошедший случай. По левую сторону плеча к нему подошла медсестра с прямыми длинными каштановыми волосами, которая помогала ему в недавней операции и, присев рядом, положила ему руку на плечо.
– Вы не виноваты, доктор Хаттс. Это и так была рискованная операция, – пыталась поддержать врача медсестра.
– Его можно было спасти! – Убеждённо воскликнул Хаттс, сложив руки в замок и приложив их ко рту, – Его можно было спасти! – Повторил он, пытаясь сдержать дрожь в руках, – Можно!!! – Воскликнул доктор Хаттс на всю больницу, посмотрев на медсестру.
Окружающие обратили своё внимание на доктора и, переглядываясь между собой, начали шептаться. Доктор интуитивно скрылся от внимания, опустив голову и сделав глубокий вдох.
– Не паникуй, это ему уже не поможет, – прозвучал грубый мужской голос напротив врача.
Хаттс поднял голову и увидел главврача — своего начальника.
– Это всё ты! – Злобно произнёс хирург, встав со скамьи, – Если бы у меня были все нужные медикаменты, этого бы не случилось! – Повышенным тоном заявлял Хаттс, смотря главврачу прямо в глаза.
– Тихо, тихо, не надо шуметь, доктор, – положив ладони на плечи Хаттса, он попытался медленно посадить его обратно.
– Убери от меня свои руки, чёртов засранец! – Сказал Хаттс, резко убрав руки главврача.
– Я, в отличие от тебя, прошёл подростковую RCR, и у меня заверено, что я не могу осознанно причинять людям вред...
– Ты хочешь сказать, что я убил его!? – Воскликнул на всю больницу хирург, – Я, значит, да!?
Главврач обернулся на пациентов и понял, что Хаттс привлекает слишком много внимания.
– Нет, никто тут никого не обвиняет, что ты, это же больница.
Медсестра, резко поднявшись со скамьи, встала между ними и заявила главврачу:
– Оставьте его в покое!
– Ну, разумеется, мисс Лаина, – с усмешкой произнёс главврач.
Медсестра, посмотрев пару секунд в глаза своему начальнику, взяла за руку Хаттса и потащила к себе в кабинет со словами:
– Идёмте отсюда, доктор Хаттс.
Хирург поддался Лаине, оглядываясь на главврача, который с усмешкой смотрел на него.
Зайдя в кабинет, Лаина посадила врача на стул и, взяв электрический чайник со стола, направилась на выход.
– Подождите тут немного, доктор Хаттс, я сейчас наберу воды и вернусь, – с серьёзным выражением лица сказала медсестра.
Врач лишь кивнул, не отводя взгляда от пола. Лаина чуть ухмыльнулась, надеясь, что вскоре поможет вернуть ему прежнее состояние, и вышла за дверь.
– Я мог справиться, – проводя рукою по щетине, говорил Хаттс, – Но... – в его памяти начали всплывать осколки воспоминаний той операции: «...У нас не получается его спасти!!! Доктор, мы его теряем, что делать!!?..». Проведя ладонью по всему лицу, чтобы протереть пот, он обратил свой взгляд в сторону двери, в которую нагло вошло два человека в чёрных классических костюмах.
– Кто вы такие? – Спокойно спросил доктор, откинувшись на спинку стула.
Один из этих людей достал из внутреннего кармана удостоверение и показал его Хаттсу. Врач узнал это удостоверение по трём большим буквам в левом верхнем углу. Это были члены RCR.
– Что вам надо? – Теряясь в догадках, спросил доктор.
– Вы пройдёте с нами в здание RCR. Есть подозрения, что вы опасны для общества после последней операции, – заявил сотрудник RCR, пряча удостоверение на место.
– Вас подослал главврач больницы? – Поинтересовался хирург, смотря на членов RCR, но те ничего не ответили, – Ах да, вы же не отвечаете на подобные вопросы, – отвернувшись в сторону, с досадой произнёс Хаттс.
Один из сотрудников вышел за дверь, а второй придерживая её, обратился к врачу:
– Мы ждём.
– Да, иду, иду, – встав со стула, он снял с себя халат и, повесив на вешалку, вышел за дверь.
До самого здания RCR врач, как и члены RCR молчали, понимая друг друга с помощью простых жестов. Добравшись до места, Хаттса сопроводили в красную комнату и посадили напротив незнакомого ему человека. Выглядел этот тип, на первый взгляд, пугающе: в какой-то футболке на пару размеров больше его, с жирными кусками волос до бровей.
– Ты не член RCR, – заявил Хаттс.
– Хе, да, я просто пришёл на разовую трёхмесячную проверку, хе-хе, – с резко метающимся в разные стороны взглядом сказал собеседник.
Прозвучал сигнал закрытия комнаты, и дверь позади доктора начала закрываться.
– Хе-хе, тут весело бывает, да? Хе-хе, – спросил хирурга собеседник, рассматривая его светло-синюю рубашку.
– Что? – Непонимающе спросил Хаттс. Смотря в глаза собеседнику, он предполагал, что у того, похоже, не все дома и разговор получится не очень весёлый. Неожиданно в голове начали проскакивать воспоминания о недавней операции.
– Чёрт, – сказал доктор, прислонив пальцы к виску. Воспоминания продолжали всплывать перед его глазами: «Доктор, что нам делать!? Хаттс, чего вы стоите, мы его теряем!? Скажите что-нибудь»
– Да пошло оно всё!!! – Злобно воскликнул доктор, и резко встав со стула, обернулся в сторону выхода, – Пока беседа не закончена, её всё равно не открыть, но... А-а!!! – Взявшись за голову, Хаттс упал на колени, – Режет!!! А-а!!! – От сильного давления в голове он не удержал равновесия и упал на пол. Сосредоточить внимание было невозможно, и Хаттс, потеряв возможность соображать, закрыл глаза. Буквально через секунду, он услышал раздражающий писк, который резко, то пропадал, то опять появлялся. Открыв глаза, он моментально поднялся в сидячее положение. Вокруг была темнота, Хаттс ничего не видел, из-за чего он, мельтеша взглядом по сторонам, пытался найти хоть какие-то проблески света. Первое, что кинулось ему в глаза, было время на электронных часах, которые стояли на тумбочке в полуметре от него и издавали режущие слух звуки.
– Какого!? – Испугавшись увиденного, он отскочил на руках назад и упал с кровати, ударившись головой об пол. Будильник продолжал пищать, не давая нормально сориентироваться и понять, что происходит.
– Это сон!? – Сказал Хаттс первое, что пришло ему в голову. Будильник звонит всего один раз в день и то, только к тому, что пора вставать на работу. Немного приподнявшись с пола, доктор медленно начал поднимать голову из-за кровати, смотря на часы.
– Не-не-не-не-не, такого раньше не было, если я пришёл в RCR, то я помню и весь разговор и то, как добрался домой! – Паникуя, уверял себя врач, – Что произошло? – Спросил себя Хаттс, но ему совершенно ничего не приходило в голову, поэтому он, забравшись обратно на кровать, выключил будильник и упал на подушку.
– Жар, – убеждал сам себя доктор. У него было самочувствие, как при высокой температуре, тело ломало, и ему трудно было воспринимать реальность.
«Я отчётливо помню, я не спас того мальчика, значит RCR не притупила эти воспоминания, но почему? Неужели со мной всё действительно хорошо?», – раздумывал Хаттс, пытаясь понять цель RCR.
Не придя ни к какому выводу, доктор встал с кровати и начал собираться.
«Странно всё это», – думал он, смотря на себя в зеркало и умываясь.
Собравшись, Хаттс благополучно доехал до больницы и зашёл в вестибюль. Он поздоровался с медсёстрами, которые сидели в регистратуре, проходя дальше по коридору. На удивление, все ему спокойно и радостно улыбались, говоря, какой сегодня хороший день и поднимая отвлечённые, только им понятные темы.
Направляясь к себе в кабинет, он думал, шагая по просторным коридорам: «Неужели до них ещё не дошёл слух?»
– О, здравствуйте, доктор Хаттс! – Радостно остановилась перед ним Лаина.
– Здравствуйте. Что случилось? Ты вся сияешь от радости, – поинтересовался доктор.
– Ну как, – непонимающе взглянула на него медсестра, – Вы же вчера провели наисложнейшую операцию и спасли мальчика, – с довольной улыбкой заявила Лаина.
– Что, ещё раз? – Хаттс не поверил своим ушам и пристально посмотрел на Лаину.
– Вчера, вы, спасли мальчика. Ну, помните?
Глаза Хаттса наливались злостью, он хотел ударить девушку за такие слова, ведь ему вчера было совсем не до смеха.
– Хаттс! – Послышался голос главврача, который положил руку на плечо доктора.
– Да, – ответил Хаттс и резко обернулся, пытаясь вести себя спокойно.
– Я тобой горжусь, ты вчера провёл великолепную операцию, – заявил главврач.
– Что!?
Из-за спины главврача вышел какой-то мальчик.
– Его семья пожертвовала нашей больнице солидную сумму денег, и я лично позабочусь, чтобы небольшая её часть перешла к тебе через премию, – улыбаясь, продолжал хвалить доктора начальник.
– Это не тот мальчик, – шокировано заявлял Хаттс, указав на него пальцем и сделав шаг назад.
– Да что ты? Иди, скажи дяде-врачу «спасибо», мальчик, он очень старался вчера, спасая тебе жизнь, – подталкивая вперёд спасённого, говорил главврач.
– Нет, нет, нет... – Отрицательно покачивая головой, и медленно обходя всех, говорил Хаттс.
– Спасибо, дядя-врач, – радостно улыбаясь, сказал мальчик.
– Да какого чёрта тут происходит!? – Воскликнул Хаттс, взявшись руками за волосы.
– Тихо, не кричи, Хаттс! – Приказал главврач, грозно посмотрев на хирурга.
– Что случилось? – Волнуясь, спросила Лаина.
– Нет, не трогайте меня! – Повышая голос, произнёс Хаттс, пытаясь обойти главврача и направляясь спиной на выход из больницы, – Оставьте меня, я не с вами, я нормальный.
– Хаттс, что происходит? – Серьёзно спросил начальник.
Неожиданно хирург упёрся спиной об кого-то и попытался резко обернуться, но не получилось. Его взяло два человека под плечи и руки, не давая ни малейшего шанса на сопротивление. Один из этих людей достал удостоверение и показал его главврачу.
– Мы забираем его с собой, – одновременно произнесли члены RCR.
– Нет! – Отрицал Хаттс.
– Там вам помогут, не беспокойтесь, доктор Хаттс, – пыталась успокоить его Лаина.
– Никто мне там не поможет, они!.. – Хаттс не успел договорить, как к его рту приложили какую-то марлю, и он начал терять равновесие. Это последние его воспоминания. Далее он был ликвидирован, как непригодный и опасный для общества индивид.
Всё, МЗУ выключить.
|
