 Фанфик «Осколки. | Третий. Игра.»
Шапка фанфика:
![]()
Название: Осколки
Автор: Emmy
Фандом: Честно говоря - Happy Tree Friends, но поскольку здесь такового нет (а к аниме и манге его точно не отнести), то в Ориджиналы...
Бета/Гамма: Нет.
Персонажи/ Пейринг: Я не указываю имен, поскольку всё и так предельно понятно. Ну, если вы знакомы с каноном. Или хотя бы с фанартами... [human]
Жанр: Ангст, AU, Даркфик, Драма, Эксперимент, Гет, Мистика, Философия, POV, Психология, Романтика, Повседневность, Фантастика
Предупреждение:Нецензурная лексика, Смерть персонажа, OOC, Насилие
Рейтинг: R
Размер: миди
Содержание: Склеиваю осколочки. Маленькие такие осколочки. Чем они были вначале? Чашкой ли? Зеркалом? А может быть, пыльной музыкальной шкатулкой с балериной из слоновой кости, откружившей свой последний танец, как снежинка на ветру?
В каждом осколке отражается своя история...
Статус: В процессе.
Дисклеймеры: Все права принадлежат авторам канона.(с)
Размещение: Черкните пару строк в личку, если оное вам надо.
От автора:Примечания автора: Что это представляет собой?
Осколки совершенно разных образов. Глазами каждого из них предлагается взглянуть... Кем они являются, угадывать вам.
Кто не знает нашумевшие флеш-мульты HTF? Однако же, поскольку я вижу тайный смысл во Всём, то подхожу даже к полнейшему мясному трэшу с совершенно иной точки зрения...
Как вы уже знаете, все персонажи, которых я указываю здесь - люди (хуманизации).
Текст фанфика:
Кто-то достигает вершин успеха в течение жизни.
Кто-то только лишь учится, постоянно делая ошибки.
Ну а кто-то уже родился таким. И единственное, что ему остается – это найти свой путь.
Говорите, свой путь? Следовательно, нужна дорога, так? А является ли дорогой только лишь истерзанный щебень, да черные головешки?..
К черту философию.
Я пришел сюда не для того, что бы думать. У меня просто нет на это времени. Честно говоря, время – это то самое, против которого я, к сожалению не могу пойти прямо в лоб, как во всех остальных случаях…
Я нетерпеливо трясу головой, старясь, наконец, избавиться от таких ненужных сейчас мыслей и вновь устремляю немигающий взгляд далеко вниз, внутрь полукруга каменной кладки серого здания.
Очень скучно сидеть вот так, в тени серого забора, буквально сливаясь с ним, совершенно незаметно, недвижимо и постоянно наблюдать.
Следить.
Не произносить ни звука.
И даже почти не дышать.
Ведь на любое случайное движения немедленно отреагируют Они. Ну, те самые!.. Металлические такие… Они еще на тепло реагируют.
Кстати, теперь их оснащают ублюдские лазеры.
И я хорошо осведомлен, что один только взгляд такого лазера и ты даже и слова сказать не успеешь, как тебе уже засветит крышка.
Угробить их возможно только выстрелом в упор, имея под рукой что-нибудь пневматическое, что почти невозможно, подобное оружие у нас теперь жуткая драгоценность…
С некоторым трудом я подавляю очередной зевок и аккуратно нажимаю кнопочку хитроумного приборчика в своей руке. Это является своеобразным сигналом, который я обязан отправлять каждые двадцать минут. Только так остальные могут продолжать свое дело в твердой уверенности, что все чисто.
Что будет, если я не нажму на кнопочку? Ну, наши еще не в таких переделках бывали, как-нибудь прорвутся. По крайней мере, я надеюсь на это.
Только вот без меня вся операция полетит к чертям.
Я уверен в этом.
В конце-концов я – идеальный шпион. И заменить меня кем-то другим просто невозможно.
Я способен почти совершенно раствориться. Быть самим воздухом, полностью исчезнуть. Стать по-настоящему незримым и неслышимым без всяких этих хитроумных штучек.
Подкрадываться поочередно к каждому из них, двигаясь по стеночке из-за спины и торжествующе вершить свой собственный суд, не давая врагу не произнести ни единого звука.
Аккуратно и без следов. В идеальном убийстве не должно быть ни малейшей капли крови.
Поэтому я использую особую проволочную веревку. Только она способна быстро и безжалостно охватить шею, заставляя вены лопаться прямо внутри. Хоть и порой бывает, что что-то все-таки попадает на мою одежду, тем не менее, я действую очень четко и осторожно.
Но, кажется, сегодня немного неподходящий день для того, что быть аккуратным.
И вот уже из глубины здания доносится резкий, оглушающий сигнал.
«Я так и знал! Но черт, кто посмел лохануться, да еще и в такое время?!»
Я резко выныриваю из-за стены и молнией пробегаю между мрачного ряда охранников.
Кто-то из них сегодня не вернется домой.
Они не реагируют. Даже не смотря на то, что бегу я довольно-таки шумно, не заморачиваясь уже о дальнейшей маскировке.
Краем глаза я отмечаю, что их датчики действительно не работают.
Какого черта? Кто мог успеть их вывести из строя?
Ответ выныривает сам собой, показываясь в поле моего зрения из-за последнего поворота.
Я резко останавливаюсь и замираю на месте, не веря своим глазам.
И я уже слышу голос. Голос, который я так отчаянно желал забыть и в то же время мечтал вновь услышать.
— А ведь ты сам говорил мне, что предатели долго не живут.
— Ты не должна жить, – твердо отвечаю я и вытаскиваю пистолет, припрятанный в правом сапоге. – Я тебя убил. Собственными руками.
— Неужели? Хочешь, я напомню тебе, почему ты здесь?
Вместо ответа я стреляю ей прямо в лоб. Ее волосы вереницей промелькают мимо моего носа и она совершенно невозможным движением уворачивается от пули и оказывается совсем рядом со мной.
Слишком близко.
Я чувствую, как мое тело начинает холодеть. Моя рука вздрагивает и выпускает из ослабевших пальцев пистолет. И он уже падает с глухим стуком на ледяной бетонный пол.
Тогда я выхватываю мою веревку, с твердым намерением задушить ее повторно.
Но какого черта?
— Милый, – произносит Она полушепотом. – Ты ничему не учишься. Что бы ты не сделал, это меня не убьет.
— А попробовать-то можно? – я со всей силы вонзаю нож в ее сердце.
Ну хоть бы одна… Хоть бы одна только гримаса исказила ее лицо! Я бы многое отдал, что бы увидеть, как ей может быть больно.
— Тебе нравится убивать людей?
Это прозвучало не как вопрос. Это прозвучало, скорее, как утверждение. Она аккуратно вытащила мой нож из свой груди и бросила его на пол. На его лезвии не было не единого пятнышка крови.
Я отшатываюсь в сторону, неотрывно глядя на нее и чувствуя, как постепенно начинаю терять хладнокровие.
— Я вижу, что нравится. Но, знаешь, твой друг был со мной более сговорчивее.
— Что?.. Неужели ты и его…
Но Она не отвечает мне. Она разворачивается и прогулочным шагом исчезает за следующим каменным поворотом. Я недоуменно смотрю ей вслед и невольно вздрагиваю, услышав новый вой сирены и тут же, вспоминая причину моего присутствия здесь, поднимаю с пола свое оружие и бегу на вой, вырезая любого случайного вражеского солдата, попадающегося на своем пути.
«Неужели все-таки привиделось?»
Я распахиваю дверь и врываюсь в глубину здания.
А внутри него уже царит совершеннейший хаос, представляющий собой своеобразную мясорубку.
Это моя стихия.
Это только моя игра.
Нравится ли мне убивать людей?
Это безумие.
Ведь иначе быть не может.
И я уже полностью растворяюсь в бессмысленной кровавой бойне, вгрызаюсь в самое ее пекло, не замечая перед собой ничего, даже пулеметной очереди, безжалостно отбрасывающей все на своем пути, в том числе задевая и меня.
Но я совершенно этого не замечаю. Такие мелочи совершенно не мешают.
Ведь сегодня я отыгрываю свой последний бой.
|
