Название: Immortalia Автор: Serpens Subtruncius Фандом: "Пираты Карибского моря" Персонажи: все знакомые и несколько авторских. Пейринг: Уилл/Элизабет, Джек/Элизабет. Жанр: Приключения с романтическим налетом. Рейтинг: PG-13 Размер: макси Содержание: ПОСЛЕ ПКМ-3! Поиски Источника Вечной Молодости забрасывают... да сами вы знаете, кого и куда. Статус: в процессе Дисклеймер: автор фанфика отказывается от прав на персонажей Диснея. Фанфик пишется исключительно в развлекательных целях, а не ради извлечения материальной выгоды Размещение: с разрешения автора.
Текст фанфика:
Глава VI. Опекун.
Горячий тропический воздух распахнул свои объятья. Бриз ровно дул в спину. Море вытолкнуло своего отпрыска на гостеприимный кусок суши и тут же забыло о нем, обратив свое внимание и удачу на иных море-шествующих. Его ослепило звонкое, яркое и бойкое утро. В Бухте Погибших кораблей не было особенно людно. Европейцы поздней осенью не так чтобы стремились пересекать океан, а свои, местные пираты радовались окончанию нелегкой поры ураганов и носа на сушу не казали, промышляя грабежом и разбоем, иногда контрабандой, выясняя отношения и выискивая клады.
Джек на своей маленькой, но гордой птичке не привлек ничьего особого внимания. Он так и не выработал никакого определенного плана действий, а это слепящее утро его раздражало, ром в шлюпке закончился еще сутки назад, виски ломило... «Боже, неужели я всё-таки старею!» – мысленно воскликнул капитан и решительным шагом с легкими заносами вправо–влево направился в свое любимое заведение «Селезнева селезёнка» с твердым намерением позавтракать. И подумать. Осмотреться. Вдруг что-нибудь мелькнет. К Тигу и Элизабет с утра пораньше ломиться не хотелось, просто потому что сказать им ему было нечего. Разве что признаться в собственной несостоятельности (в буквальном смысле, который они тут же переведут в переносный).
«Селезнева селезёнка» с утра распахнула двери, завлекая редких клиентов и просто прогоняя застоявшееся с ночи амбре. Хозяин молча развешивал по крючкам деревянные и – верх изыска – оловянные кружки, белобрысая служанка лет четырнадцати сонно выметала из углов мусор и огрызки, пыль золотилась в лучах стремительно поднимающегося солнца. Мирное, дремотное существование, завтрак без тревоги за свое будущее, слегка кружащаяся с похмелья голова и общее томное оцепенение после особо удачно проведенной ночи – всё это можно было применить к паре-тройке клиентов заведения, но не к капитану Джеку Воробью.
Он вошел, стараясь двигаться тише и не привлекать внимания запозднившихся выпивох и завтракающих постояльцев. В полумраке капитан заметил небольшую группу, человек пять, в глубине комнаты. Собравшись тесным кругом, люди внимательно слушали сидящего во главе стола пожилого человека, чьи интонации показались Джеку знакомыми. Высокая полная женщина, в которой легко можно было опознать мать метущей пол девчонки, как раз принесла пять кружек и неспешно расставляла их перед слушателями, стараясь не упустить ни слова из интересного рассказа – чтобы было, что обсудить и с подругами после обеда, и с мужем перед сном.
– ...Так закончил свои дни знаменитый коммодор Норрингтон, с коим плавал я и на флотском корабле, и на пиратском, да и сам он был настоящий джентльмен и пират отменный. А всё бабы, как говаривал наш капитан, – от них сплошные неприятности на море, а тут совсем пренеприятная закавыка – она ж его поцеловала!
– Не дай Бог кого из наших деток поцелует! – неожиданно всплеснула руками дебелая хозяйка заведения, сгребая и, как детишек, прижимая к груди пустые кружки.
– Да-да... как и своего покойного (вернее, беспокойного) мужа, и знаменитого барона Сяо Фэнга, и даже, прости Господи, нашего...
– Мистер Гиббс! – Джек решил вмешаться, пока его репутации не будет нанесен решительный удар. – Что это вы тут делаете? Ваша задача была сидеть на Тортуге и докладывать мне о передвижениях сами-знаете-кого сами-знаете-на–чём. Прошу прощения, джентльмены...
Он перегнулся через стол и, прихватив за шкирку, аккуратно вытащил Гиббса из тесного круга слушателей. Джошами никак не реагировал на бесцеремонность обращения и слегка загребал ногами, из чего капитан сделал вывод, что его товарищ заседает здесь как минимум дня два.
– Дже-ек, я тебя ждал-ждал... Ик! искал-искал.... И вот, наконец, дождался!
– Ты же должен был быть на Тортуге! Добыть всю информацию о... – Джек понизил голос, – о нашем душке-Гекторе, чтоб его прихватила нелёгкая! А ты тут... сплетничаешь, как старая квашня.
– Мы просто вспоминали минувшие дни и всякие интересные истории, а про Барбоссу я всё выяснил, поэтому и искал тебя.
– Так! – Джек уселся за небольшой стол в противоположном от входа углу, Джошами опустился на соседнюю лавку, привалился к стене и начал явственно посапывать. Из-за пазухи предательски вылезла мордочка плюшевого медведя, и капитан нахмурился. – Не спать на вахте, мистер Гиббс!
– А?! Я где? Капитан, так вот... – он был снова вынужден сделать паузу, потому что к столу приблизилась белобрысая девчонка и поставила перед Джеком тарелку с дымящейся кашей со шкварками и кусок желтого кукурузного хлеба.
– Ваш завтрак, капитан Воробей! – восхищенно заявила девочка, но Джек только поморщился: инкогнито ему здесь явно не грозило. Гиббс опять провалился в дремоту, и его капитан изо всех сил шарахнул полупустой кружкой эля по гулкой деревянной столешнице
– Огонь по правому борту! – возопил Гиббс и упал со стула.
– Отставить огонь! Прямо по курсу Тортуга и...?
– И вот что я хочу сказать, Джек. Этот наш Барбосса недавно вернулся с Севера не солоно хлебавши и злой как черт. Команда стонет, он нервничает и гнобит их почем зря. В общем, ему надоело рыскать в поисках Источника наобум, и он решил найти тебя как можно скорее.
– Тоже мне, открыл Америку.
– Но это еще не всё. С ним за одним столом видели этого сумасшедшего немца, который за полушку удавит и которого в народе кличут «Мытарем». Он собирает чужие долги, и зовут его...
– Нойманн его зовут, я в курсе.
– Он тоже искал тебя...
– Имел счастье встретиться с одним из его людей. Этот паскуда выставил мне счет, как будто я брал кредит на строительство Вавилонской башни.
– Значит, ты и это знаешь. Но вот чего ты не знаешь, Джек, так это то, что они заключили договор между собой! Ты им нужен обоим, и пресловутый Курт решил подкупить старину Гектора, чтобы тот взял его к Источнику. Они собираются отплыть во Флориду, но перед этим им нужна твоя карта и твои деньги.
– Мистер Гиббс, – начал капитан Воробей заговорщицким тоном, не предвещавшим ничего хорошего, – вы не поверите, но мне... тоже нужны деньги, корабль и карта. Причем все три пункта, ни одним меньше.
Гиббс только покачал головой и развел руками. Плюшевый медведь беспомощно упал на скамейку рядом с ним.
– Чудно спелись два гнусных негодяя, – что-то процитировал Джек и задумчиво посмотрел куда-то вдаль сквозь распахнутые настежь двери «Селезёнки». На бирюзовой морской глади виднелся силуэт заморского корабля. Заморского в буквальном, а не фигуральном смысле, ибо такие суда редко появлялись в этих водах. Чем скорее приближался к бухте широкий парус джонки, тем быстрее крутились маленькие шестеренки мыслей в голове пирата и тем четче вырисовывалась долгожданная надежда.
_______________________
Доблестные сингапурцы привезли обещанную дань и собирались выгрузить «королевский налог» у пристани, когда к ним вальяжной походкой направился небезызвестный капитан Воробей собственной персоной.
Он благосклонно скалился золотыми зубами и помавал в воздухе неким пергаментным свитком с красным шнурком и болтающейся сургучной печатью. Джек Воробей явно хотел привлечь внимание Тай Хонга, бывшего подчиненного незабвенного Сяо, первого помощника, а сейчас и капитана «Императрицы» в отсутствие на борту Короля пиратов.
Сингапурский пират почтительно приблизился к пирату карибскому и чинно поклонился. Джек снял треуголку и помахал ею перед носом опешившего китайца. Ритуал был соблюден, а Тай Хонг был вовсе не глупым человеком и подозревал, что если Джек так заботится об этикете, значит дело нешуточное.
– Приветствую вас в бухте Погибших кораблей! – отсалютовал Джек и развернул пергаментный свиток. На вкус Тай Хонга, ему было далеко до изящества придворной китайской каллиграфии, но многочисленные завитушки красной киноварью и крупные, хотя и совершенно непонятные буквы создавали впечатление высокого официоза.
– Тут написано, – продолжил Воробей, – что властью, данной Советом Братства, Король пиратов, сиречь Элизабет Суонн-Тернер, по причине временного недомогания и невозможности морских путешествий назначает лорда Карибского моря и всего Испанского Мэна Капитана Джека Воробья официальным опекуном всего её движимого и недвижимого имущества. – Джек слегка задохнулся и сделал паузу. Тай Хонг смотрел на него, приоткрыв рот, и боялся вставить хоть слово.
– Имеется в виду, что капитан Элизабет Суонн, будучи женщиной и в ожидании рождения наследника, назначила меня провести ревизию её сингапурских владений. Нам предстоит отплыть через двадцать четыре часа, ничего с джонки не выгружать, провизию срочно закупить,– Джек не мог остановиться, чувствуя, что сейчас Тай задаст тот самый вопрос и ему придется срочно что-то придумывать. И китаец его задал.
– А мы можем увидеть нашего Лорда и Короля?
– Увы, – тяжко вздохнул Джек, – она в лазарете, и к ней никого не пускают, даже меня. Сижу вот тут с утра, вас дожидаюсь.
– А печать настоящая? Джек оскорбленно сверкнул глазами и приблизил официальный документ к носу недоверчивого собеседника.
Бумага торжественно гласила, что таверна «Селезнева Селезенка» всецело и нераздельно принадлежит мистеру Скинни Ноку и, являясь заведением первого класса, облагается налогом в полтора шиллинга в месяц плюс три курицы к столу Хранителя Кодекса капитана Тига. Еще полчаса назад свиток висел над барной стойкой между ровными рядами вымытых горячей водой кружек, и сам Скинни Нок раз в неделю смахивал с документа пыль и паутину.
Тай Хонг попробовал сургуч на зуб и спросил: – А где лебедь?
– Кто?
– На её печати должен быть лебедь.
– Это печать капитана Тига, дурень, свою она не брала в лазарет! А сам капитан Тиг, – Джек вздохнул и чуть не заплакал от смеха, представив эту картину, – дежурит у её одра... к счастью, не смертного.
Тай Хонг помолчал, сложив складочки на лице в печально-сочувственную мину. Джек аккуратно изъял у него документ и окинул взглядом «Императрицу».
– Славный корабль! Какая грация и стать... Какая... полнота форм и объем м-м... паруса.
Тай Хонг польщённо улыбнулся.
– А не пойти ли нам выпить за здоровье нашего Короля, а? Я знаю замечательное местечко.
– А баня у вас тут есть?
Джек поморщился, памятуя о банях Сяо.
– Конечно, есть. Тут есть всё!
_________________________
После полудня на кухне Хрустального сарая упал большой котел для мяса. Пустой и звонкий, он покатился по каменному полу, возвещая о прибытии нежданного гостя. Вслед за утварью вкатился и сам гость.
– Йо-хо! Йо-хо... Опа-асности, – гость попытался высвободить ногу из котла, – по мне-е... Чёртова мышеловка!
Из-за занавески появилась миссис Эндрю, торопливо вытирая руки передником и заранее изготовившись отражать осаду винного погреба.
– Та-ак, мастер Джек! Где это вас носило, такого распрекрасного? – сердито начала она
– В ба-ане... – не веря собственным словам, Джек посмотрел на женщину со столь искренним раскаянием, что, не знай она его с пеленок, наверное, растрогалась бы.
– С утра? А потом в кабаке?
Джек задумался, скорбно наморщив лоб, потом посмотрел на неё с суеверным подозрением, с каким смотрят на пророков и фокусников.
– А как вы догадались?
– Господи, мастер Джек, это тебя так спаивали или это ты кого-то спаивал, признайся?
– Это два направления одного и того же явления... А у нас поесть есть? В смысле, есть поесть?
– «У нас!» – передразнила миссис Эндрю. – Небось, опять в какую-нибудь авантюру ввязались, а, капитан?
«Ты даже не представляешь, насколько близка к истине», – подумал он.
– Я пожалуй, посижу здесь, на табуре-еточке, закушу, обсохну, а потом уже наверх... – он показал пальцем в потолок.
Заскрипела вторая ступенька сверху. Кто-то спускался по лестнице.
И ещё один комментарий. Кстати, мне кажется, или раньше главы были гораздо больше? "Селезнёва селезёнка" - забавное заведеньице. И описание его введено красиво. Хорошо у тебя получается прописывать образы, будь то жестокий пират или же обычная пивнушка. А Гиббс-то хорош, всякие истории и слухи распускает про Элизабет. Ну и длинный же язык. "– Огонь по правому борту! – возопил Гиббс и упал со стула. – Отставить огонь! Прямо по курсу Тортуга и...?" - да, умеет Джек юморить. Забавный диалог. Но трюк Джека с официальной бумагой - это же гениально. Гениальная и непрошибаемая нахальность. Иногда этого капитана-без-корабля хочется стукнуть чем-нибудь и побольнее. Надеюсь, Элизабет, когда обо всём узнает, ему устроит хорошую взбучку. Ну, или хотя бы нотацию прочитает. "А сам капитан Тиг, – Джек вздохнул и чуть не заплакал от смеха, представив эту картину, – дежурит у её одра... " - о, и я представила. Прямо картина маслом. И неужели он своим поведением Элизабет разбудил?
Пара тапок: "Утро было звонкое, яркое и бойкое. В Бухте Погибших кораблей не было особенно людно." - повтор Он благосклонно скалился золотыми зубами и помавал в воздухе неким пергаментным свитком - сделал? И тут немного некрасиво звучит, имхо. "Он скалился" - что делал? и "помахал (?)" - что сделал. Разный вид глаголов сбивает с толку немного.
Ну что тут ещё сказать? Ты и так знаешь, как я восхищаюсь твоим фанфиком. А из комментария в комментарий писать одни и те же хвалебные оды - это как-то... не по мне. Но вот что заметила. Ошибок с каждым разом всё меньше и меньше. Это же просто замечательно. Надеюсь, в следующей главе вообще ничего выловить не смогу. Что ж, тогда буду цитировать особо удачные моменты. Змейс, спасибо что пишешь и выкладываешь. Я это уже когда-то говорила, но повторю: до тех пор, пока ты не пришла на Синий, фанфики по "Пиратам" я почему-то не могла читать. Мозг отторгал их и всё. А ты пишешь... канонно, без ООСа и, что важно, очень-очень интересно. Ещё одно спасибо тебе за это.
