 Фанфик «Чай»
Шапка фанфика:
Название: Чай
Автор: Эмиль
Фандом: Harry Potter
Бета: НеЗмеяна
Пейринг: Теодор Нотт/Беллатрисса Блэк
Жанры: романтика
Тип: гет
Рейтинг: PG
Размер: Мини
Содержание: Её жизнь — игра, но игра настоящая. Сейчас она жертва несчастной любви, завтра — палач...
Статус: закончен
Дисклеймеры: права принадлежат Дж.Роулинг
Размещение: только с моего разрешения
Текст фанфика:
Нотт уже налил себе в кружку ароматного чая, когда в освещенную солнцем гостиную вошла Беллатрисса — эффектная девушка лет двадцати, хорошая жена, примерная чистокровная волшебница — яркая представительница элиты магического общества. Поджав губы, жгучая брюнетка бросила искоса взгляд на спокойно поедавшего конфеты парня. Гнев исказил её красивое лицо. Девушка вцепилась пальцами в складки своей мантии, теребя их. Затем она резко шагнула к столу и, прождав несколько секунд, выпалила на одном дыхании:
— Не знала, что ты любишь маггловские сласти, Нотт. Уже предаешь политику хозяина? Какой из тебя слуга Лорда? Ты жалкое подобие Пожирателя! Посмотри, как ты выглядишь со стороны: неопрятный тип с омерзительными конфетами и вонючим чаем в розовой чашке, принадлежавшей магглолюбке.
Нотт, особо не вслушиваясь в слова Беллатриссы, отодвинул чашку от себя. Чаепитие откладывалось.
— Странно слышать это от той, которая еще не вступила в ряды Пожирателей смерти. Сколько тянуть собираешься, Белла? Неужели так и будешь доставать всех своими наставлениями? Да, я люблю маггловские сласти, потому что они не хотят меня укусить, никуда не убегают и не доводят до рвоты ужасным вкусом. Они всего лишь дают мне то, что я хочу, а я хочу выпить чая с чем-нибудь сладким. Они простые, без излишеств и всяких изящностей, которые вы так любите — что ты, что сестра твоя, — улыбнувшись, Нотт широким жестом показал на стул, приглашая собеседницу присесть рядом.
Этот дом принадлежал одной чистокровной семье, чьи корни уходили в глубь истории. Слуги Темного Лорда часто перемещались с места на место: желающих услужить Волдеморту, предоставив ему свой дом для проживания и собраний, было хоть отбавляй. Стулья в доме пропахли старостью, но, как и любая антикварная мебель, были крепкими и удобными, чем вполне устраивали Теодора. Но Беллатрисса предпочла не принимать его приглашения и осталась стоять. Она тяжело и прерывисто дышала, еле сдерживая злость от упрека Нотта, казавшегося ей несправедливым. Наконец, негодование вырвалось из нее:
— Ты просто боишься, что я стану самой близкой Темному Лорду, ближе всех Пожирателей. Он очень ценит во мне изящество, манеры, показывающие, что я принадлежу к аристократии. А что касается тебя, простак, то, глядя на тебя, мне даже не верится, что ты тоже чистокровный… — в бархатном голосе Беллатриссы послышались истеричные нотки.
— Да, я простак. Но от этого я нисколько не хуже тебя. А что до всяких там манер… То знаешь, что я тебе скажу: Темному Лорду нужны воины, а не строгие наставницы и надсмотрщицы для его слуг. Женщины… Знаешь, почему среди Пожирателей нет женщин? Просто приходят они такие же, как ты, энтузиастки с высокими идеями, а потом уходят: не выдерживают. Знал я одну… Скверная история…
— Заинтриговал, рассказывай, — уже спокойно проговорила Беллатрисса, присев рядом с Ноттом за круглый стол так, что они оказались практически в полуметре друг от друга. Рядом с девушкой едва теплилась недопитая чашка чая. Нетронутые конфеты приковывали взгляд, и Беллатрисса неожиданно для себя поняла, что, не будь тут Теодора Нотта, она тоже была бы не прочь полакомиться ими.
— Приходила тут одна девушка, в Пожиратели напрашивалась, в верности Темному Лорду клялась: мол, безумно хочу, буду самой верной, самой преданной. А как дело до посвящения дошло, так спасовала: не смогла выполнить простейшее задание. Теорию она хорошо знала, только на деле все сложнее оказалось. Убивать-то и мучить то не так просто, как ей казалось. Сбежала она на следующий день: наказания испугалась. Глупая… — Теодор поправил прядь волос и улыбнулся.
— И что с ней стало? Темный Лорд её наказал? — Беллатрисса внимательно слушала собеседника и даже невольно протянула руку к Нотту, коснувшись пальцами его предплечья.
— Я как-то не интересовался. Но, думаю, Темный Лорд её убил, изрядно помучив. Так я вот что еще не сказал: эта девушка скрывала свое происхождение. Да, её мать была чистокровная, но вот больно гулящая. Пока муж этой женщины занимался делами в Министерстве Магии, она бегала по магглам и нагуляла осквернительницу рода. Не исключено, что девчонка была еще и шпионкой Министерства. Я, право, не знаю.
— Я смогу... Я стану... Мне нужен учитель... Теодор, а скажи, что такое — убивать. Внутри себя я чувствую, что смогу даже получить от этого действия удовольствие, Теодор... — хрипло прошептала Беллатрисса и неожиданно ласково провела ладонью по небритой щеке, слегка наклонившись к собеседнику.
Льстивое движение не ушло от внимания Нотта. Он по-простолюдински проехался на стуле, царапая инкрустированный паркет и оставляя на нем светлые борозды, и оказался совсем близко к Беллатриссе.
— Девочка моя, жаждешь услышать историю о несчастном детстве, где игрушками были пикси с оторванными крылышками, где меня никто не любил? Не получится, Белла. У меня были хорошие родители, даже очень хорошие. И примерная семья. Я рос послушным мальчиком и всегда чистил зубы перед сном. Убивал. Много убивал. Кого? А кто подвернется. Зачем? Да просто так. Для убийства не нужны причины. Месть, ненависть — это все для героев из книжек. Настоящий убийца — не мститель, он просто делает то, что ему хочется. Ты должна научиться боготворить чужую смерть, как это делает Наш Лорд. Смотри на него, иди за ним, верь ему — и тогда ты добьешься своего. Я поверил… и убил в первый раз в шестнадцать лет. Помню, это был белобрысый мальчишка-маггл. Я взял "проклятый нож", дождался, когда мы окажемся с ним наедине, а потом... перерезал ему глотку. Раскаянье, сожаление — нет, не чувствовал вообще. На следующее утро после посещения маггловкого захолустья пошел на Защиту от Темных Искусств как ни в чем не бывало. А потом, оставаясь один, частенько подолгу рассматривал новые засохшие уже капли крови на "проклятом ноже".
Беллатрисса прижалась к Теодору, положив руки на его плечи, а он в перерывах между словами покрывал поцелуями ее щеки и лоб.
— Ты необыкновенный, — улыбнулась темная волшебница, прислонившись виском к груди мужчины.
— Неправда! Я не слишком умен, и сам признаю это. Слабоват как волшебник, но не лезу в верхи. Я не очень-то предан, зато исполнителен. Да, я не всегда могу выполнять приказы Темного Лорда, как требует он. Но во мне есть другое, что не менее ценно: я знаю свои недостатки, не пытаюсь переделать себя, и в этом мое достоинство, Белла, — наклонившись, Теодор попытался коснуться губами губ Беллатриссы, но она легонько оттолкнула его, быстрым движением поднялась и отскочила к дверям.
— А знаешь что, Белла, всегда хотел тебя спросить: почему ты выбрала его — Рудольфуса. Мы могли бы быть вместе... — Теодор сжал кружевную скатерть, последнее слово он произнес, жалобно всхлипнув, от чего почувствовал к себе некоторое омерзение.
— Замолчи! — на глаза волшебницы навернулись слезы. — Не надо! — сердце Беллатриссы бешено заколотилось, казалось, вот-вот выскочит из груди, подрагивающие пальцы ухватились за ручку двери — изысканные движения образцовой актрисы, которая пробует на вкус новую роль.
Её жизнь — игра, но игра настоящая. Сейчас она жертва несчастной любви, завтра — палач. Скоро она станет Пожирательницей, и ей предстоит примерить на себя амплуа безжалостной убийцы. Безупречная актриса, которая настолько вжилась в роль, что игра стала смыслом её существования.
Она отвернулась и опрометью выбежала из комнаты.
— Ну, не надо, так не надо. И так всю жизнь...
Теодор поморщился, сделав глоток остывшего чая, и поднес к губам "простую конфету". Простая. Такая же, как и он.
|
