Часть 1.
— Итак, молодые люди, — я серьезно смотрела на своего лучшего друга и его лучшего друга. Оба высокие, симпатичные, подкачанные... Кто же будет "снизу"?.. — я собрала вас здесь, чтобы объявить — вам надо заслэшериться между собой.
Сашка явно ничего не понял. А вот у Диньки, моего друга, челюсть отвисла — он осведомлен о моем увлечении и смысл моих слов понял.
— Дэн? — Видя мою ехидно-предвкушающую улыбку, Саша подергал зависшего друга за полу футболки. — Она о чем?
Какие же они милые вместе, я не могу!..
— Она предложила нам стать солдатами голубой армии. — Денису явно не хотелось говорить прямо, он смущался и от этого сразу стал уке в моих глазах. — Ну, заднеприводными. — Сашка не въезжал. — Один раз не кто? — Да, мой друг никогда вульгарно и матерно при мне не выражается.
— Чего?! — Рыкнул Александр, понявший, наконец, суть. — Я тебя!..
— Тихо-тихо! — Динька повис на друге, не давая добраться до меня. А я, хихикая, стояла в дверном проеме, готовая задать деру. Не надеялась я на их согласие, блин, но так хотелось!.. Может, их борьба перерастет в обнимашки-целовашки? — Иди домой, я сам ей всыплю.
— Постарайся уж. — Проворчал взбешенный парень, одергивая толстовку и проходя мимо меня в прихожую с самым зверским видом. Не сбылись мечты... — Чтоб аж встать не могла!
— Иди уже! — Рассмеялся Денис, озорно глядя на меня.
Вот я что-то не поняла, меня бить будут? Или просто убьют? Или будут пытать, пока не откажусь от яоя? Или что?!
— Ну, я это... — Сглотнув, я попятилась от надвигающегося на меня парня. — Пойду, пожалуй, да?
— Так просто не отделаешься. — Ухмыльнулся друг, хватая меня чуть повыше локтя.
— Не бей! — Пискнула я, пытаясь вырваться.
— Еще чего! — Меня ухватили поперек туловища, после пары широченных шагов бросили на постель. Ну не-ет, только не это! — Я просто докажу тебе, что уж я-то точно самый натуральный натурал.
— Не надо! — Завопила я, отбрыкиваясь.
— Почему? — Денис замер, нависая надо мной и прижимая мои запястья к покрывалу одной рукой.
— А как же мы дружить будем? — Я едва не всхлипывала.
— Встречаться начнем. — Пожал плечами Динька, не пытаясь меня насиловать. Видимо,все же хочет уговорить.
— Ну не-ет... — Застонала я.
— Я что, страшный? — Улыбнулся он. Я помотала головой. — А что нам мешает? Послушай, — он не дал мне сказать, что я не хочу отношений, не хочу снова этой боли, — я тебя люблю. — Я забыла вдохнуть, неверяще разглядывая парня, с которым дружу уже лет шесть или семь. — Обожаю, умереть за тебя готов. И точно не брошу, постараюсь сделать тебя счастливой, клянусь. Только дай шанс.
— Давай, хотя бы, не сегодня? — Заскулила я, не пытаясь решительно настроенного парня отшить. Знаю ведь, что бесполезно. Он будет мучиться, я буду чувствовать себя виноватой. Он очень хороший, почему бы не рискнуть? — Пожалуйста, а?
— Не-ет, — негромко засмеялся теперь уже мой парень, — это будет тебе уроком...
У меня был всего один парень. Я по-подростковому сильно его любила, без раздумий отдалась, стоило ему только начать приставать. И не было ведь мозгов тогда, чтобы понять — использует. Когда он меня бросил, единственной опорой мне остался мой друг Динька. Он поддерживал меня, утешал, позволял рыдать у него на плече. И вот теперь этот самый Динька заставляет меня стонать от неподдельного наслаждения, выгибаться и шептать его имя, путаясь пальцами в русых волосах. Никогда раньше я такого не испытывала... В чем я и призналась честно расслабленно и удовлетворенно прикрывшему глаза парню.
— Сочту за комплимент. — Пробормотал он, прижимая меня к себе крепче. — Даш, слушай... — Он внимательно и серьезно посмотрел мне в глаза. — Я понимаю, что полюбить — не так-то просто, поэтому... Давай будем вместе два месяца. Если не получится ничего, я... — Он сглотнул и прибавил, понизив голос: — Я пойму.
Взъерошив густые волосы, я прижалась ближе к подтянутому телу. Думаю, все получится. Хоть и неожиданно и странно это все.
Часть 2
Кое-как продрав глаза поутру, я сладко потянулась, прогоняя томное оцепенение. Не проснувшись, Денис повернулся на спину, вздохнул и чуть поморщился. Я невольно залюбовалась его четким, словно вычерченным самой природой в идеальных пропорциях профилем. Прямой, несмотря на многолетние занятия кикбоксингом, нос, совсем немного упрямый подбородок, лишившийся пару-тройку лет назад всегда умилявшей меня ямочки, тонкие губы, иногда уперто сжимающиеся в нитку. Я его знаю, как облупленного. Наверное, благодаря тому, что он знает меня не хуже, ему удавалось скрывать свою влюбленность. Казалось бы — вот она я, брошенная и жаждущая искренней любви. Но Динька же знал меня, он знал, что я не захочу снова рисковать, ведь мы вместе мое сердце по кусочкам собирали. Он даже больше приложил к этому усилий, пытаясь, хотя бы, заставить меня жить. А вчера мне просто некуда было деваться. И он взял быка за рога — едва ли не силком отвел меня ко мне домой, заставил собрать вещи и притащил их сюда. Когда я поступила в универ, родители стали снимать мне скромную однушку, чтобы я могла пожить самостоятельно и начать устраивать личную жизнь. За первый курс я нашла себе непыльную работенку, которой как раз хватало на оплату аренды, так что отчитываться мне теперь вообще не приходилось...
— Die, die, die, my darling! — Завопил телефон парня под подушкой.
— А-а, мат, мат, скотина! — Нашарив аппарат, он приложил его к уху. — Мат, что тебе, мат твой через мясорубку у Сатаны в мат?!
— Разве Даша не у тебя? — Изумился динамик голосом Сашки.
Тогда-то у моего парня, наконец, что-то где-то сложилось, и он повернул голову в сторону моей ошарашенной и шокированной особы.
— Так чего ты хотел? — Севшим голосом переспросил побледневший Денис.
— Явно у тебя. — Это я еще разобрала, а потом лучший друг Диньки понизил голос и я перестала быть в курсе разговора.
— Ага, заметано. — Отбросив мобильник, парень заластился: — Даш, котенок, не зли-ись...
— Неужто ты так часто меняешь девушек, что не считаешь нужным запоминать, с кем заснул? — Я оскорбленно натянула одеяло до подбородка.
— Я просто думал, что мне все вчерашнее приснилось. — Заоправдывался парень. — Это ведь так нереально...
— Ладно, ты прощен. — Смилостивилась я. И тут же прибавила, щелкнув обрадовавшегося Дениску по носу: — Если приготовишь завтрак.
Он тут же вскочил, шутливо козырнул, повернулся "кругом" и помаршировал из спальни. Я же снова потянулась — как хорошо, что сегодня воскресенье, никуда не надо... А готовит Динька вкусно. Я как-то раз уже оставалась у него с ночевкой. Это было примерно год назад. Для нас ходить в гости друг к другу — обычное дело, а в тот день начался такой ливень с ветром, что ни плащ, ни зонт не спасли бы. Ну я и осталась. Я ведь ему всегда предельно доверяла, и Денис оправдывал это доверие. И спал он тогда на диване, уступив мне свою постель. Черт, как же неудобно — он меня любил, а я ему о своем парне рассказывала, даже советы получала, блин! Так издевалась над его чувствами, сама того не ведая. Даже представить не могу, как же ему было больно, как он злился, отвечая мне в соц. сетях со смайликами...
Одевшись, я побрела на кухню. Неприятно так было на душе, кисло и противно.
— Динь, слушай... — Я присела за стол, наблюдая за процессом переворачивания гренок. — Ты прости меня, а?
— За что? — Он налил мне чаю и добавил кружок лимона, как я люблю.
— За то, что я тебе все рассказывала и... И вообще. — Смутившись под внимательным взглядом, я опустила голову, размешивая ложечкой сахар в чае.
— Ну, я ведь тебе другом был. — По голосу слышу — улыбается. — Не парься, все нормально. Скушай лучше гренку.
Первая партия оных уже испускала волшебный аромат на тарелке посреди стола. Я немедленно подцепила одну на вилку и с удовольствием съела, обжигаясь.
— Вкусно. — Похвалила я, дуя на следующую.
— Ешь на здоровье. — Рассеянно откликнулся парень. — Слушай, а ты очень хочешь извиниться? — Я кивнула.
Ой, не нравится мне его ухмылка...
— Не буду я так ходить! — В который раз застонала я, разглядывая в зеркале чересчур смелый наряд.
— Еще как будешь! — Со смехом ответил из-за двери Денис.
— Извращенец! — Рявкнула я, сдаваясь.
Подумать только, предложить мне в качестве искупления вины до полуночи исполнять все его желания, а потом пожелать, чтобы я все это время ходила только в его футболке! И потом милостиво разрешить надеть трусики, чтобы меня не смущать!
— Тебе идет. — Я почувствовала, что краснею.
— У меня ляжки слишком толстые. — Захныкала я, пытаясь натянуть футболку пониже.
— Глупости. — Чуток хрипло опроверг мои сомнения парень, прижимая меня к себе. — У тебя прекрасная фигура, и бедра стройные. — Склонив голову, Динька коснулся губами моей шеи, а его ладони уже собственнически покоились на моих прикрытых футболкой до середины ягодицах. — Ты очень сексуальная, — я уже хотела съязвить по поводу сомнительного комплимента, но он продолжил: — твое тело сводит меня с ума, — я доверчиво прижималась к нему, откинув голову, а его руки уже были у меня в трусиках, — я тебя хочу до боли, но, — Денис сделал шаг назад, — так быстро ты от этого прикида не избавишься.
Я скорчила жалобную мордочку, а парень только улыбнулся и покачал головой.
Часть 3
— Динь, подъем.
— Не хофу. — Глухо пробурчал парень из-под подушки.
— Пары!
— К черту.
— Вот кто тебя просил ко мне вчера приставать? — Возмутилась я.
Он хотел, чтобы я прям до двенадцати ночи ходила в его футболке, но сдался уже около одиннадцати. Спать мы легли (я специально засекла) только в четыре утра.
Невнятно проворчав что-то, Денис натянул одеяло на голову.
— Ну и спи. — Закинув рюкзак на плечо, я обулась и, застегивая на ходу куртку, пошла в универ.
Думала, Сашка будет ехидничать насчет "наказания", но и его на парах не было. Мне в голову стали закрадываться нехорошие подозрения насчет этих двоих, включая яойные.
Около часа дня я вернулась домой. Только я открыла входную дверь, до моих ушей донеслись сладострастные стоны. Варианта два — либо это Денис и Санька, что маловероятно ибо голос слишком высокий, либо Дениска скоро будет кастрирован, чтобы любил меня целомудренно и без походов "налево".
Мою руку, лежащую на дверной ручке, обхватили чьи-то пальцы. Вздрогнув, я обернулась и увидела своего парня. Он приложил палец к губам и аккуратно закрыл дверь.
— И как это понимать? — Поинтересовалась я, а Диня уже вел меня вниз по лестнице, не отпуская моей руки.
— Ну, Санька же с родителями живет, плюс бабушка у него постоянно дома. — Пожал плечами он. До меня потихоньку начало доходить. — Похожая ситуация и у девушки его новой, так что...
— Это они на нашей постели?.. — Взвилась я.
— Во-первых, они все уберут. — Надо будет постельное белье поменять, а то кувыркаются там всякие... — А во-вторых, — он улыбнулся с неприкрытой надеждой, — ты правда уже считаешь эту постель нашей?
— А ты как думал? — Буркнула я, отводя взгляд, чтобы скрыть смущение. Подловил же... — И ты специально на пары не пошел? — Я ухватилась за более нейтральную тему.
— Если бы я пошел на пары, ты бы вообще ничего не узнала, — снисходительно улыбнулся Денис, — мы бы сходили погулять, в кафе, туда-сюда... Забыл я утром, честно, потому и решил прогулять. — Он зевнул, мотнув головой. — Как ты вообще встала вовремя?
— Сила воли, дорогой мой. — Держась за руки, мы неторопливо брели вдоль дороги в сторону парка. — Которая у тебя вообще отсутствует.
— Неправда. — Тут же насупился парень. — До одиннадцати же я дотерпел.
Рассмеявшись, я заставила его остановиться и, приподнявшись на носочки, потянулась к его губам. Склонив голову, Дениска нежно поцеловал меня, прижимая к себе за талию. Его губы в холодном ноябрьском воздухе были изумительно теплыми, мне стало так хорошо, так уютно... Кажется, я совсем скоро его полюблю.
— Вот так друзья! — Донесся хохот.
Недовольно зыркнув на двух наших одногруппников, Денис повел меня дальше. Было решено погреться в кафе, выпить чаю и потом пойти уже домой.
Когда мы уже устроились за столиком и заказали чай, а мне еще и пирожное, я кое-что вспомнила и решила поделиться.
— Честно говоря, — я с трудом говорила, сдерживая хихиканье, — я подумала сначала, что это ты... — В темных глазах парня было полнейшее непонимание. — С Сашкой...
— Что? — Снова не въехал Динька. — А-а... Да нет, ты что. — С улыбкой отмахнулся он. — Я только тебя люблю, никакой Сашка между нами не встанет, гарантирую, мы с ним просто друзья.
Увидев ошарашенно-разочарованное лицо принесшей чай официантки, я, всхлипывая от смеха, спрятала лицо в ладонях. Сам себя скомпрометировавший и очень смущенный парень пнул меня под столом, одним только взглядом пообещав страшнейшие пытки. Не выдержав, я снова рассмеялась.
Часть 4
Остаток дня мне было нехорошо. Все предвещало проклятую мигрень, которая мучает меня уже лет пять. И никакие таблетки не помогают.
Динька вечером пошел в душ, до последнего игриво зазывая меня с собой. Я заканчивала уборку на кухне — протерла стол и составляла перемытые парнем тарелки в шкафчик. Резко появившееся чувство, будто мозг через уши вытаскивают, заставило меня с тихим стоном опуститься на стул. Уткнувшись лбом в колени, я массировала виски, кусая губы и изо всех сил зажмурившись.
Когда весьма уже заведенный Денис пришел звать меня в постель, я уже не могла сдерживать слезы.
— Опять? — Тихо-тихо, чтобы не причинить мне еще больше мучений, спросил он.
Я только застонала в ответ, садясь нормально и стискивая голову, чтобы не развалилась на куски. Осторожно взяв меня на руки, парень медленно пошел куда-то. Я свернулась в комочек в его руках, тихо всхлипывая. Очутившись на постели, я накрыла голову подушкой и замерла. Теплая ладонь ласково гладила мою спину, Динька еле слышно что-то шептал, но мне было никак не разобрать. Зато, прислушиваясь к его низкому голосу, сплавляющему слова в однородное бормотание, я отвлеклась от болезненной пульсации в моем бедном мозгу, а вскоре и вовсе задремала.
Проснувшись, я первым делом прислушалась к себе. Противно ныло в затылке, но это легко поправимое последствие. А еще очень хотелось есть, желудок будто прилип к позвоночнику. Плюс во всей квартире вкусно пахло чем-то сладким.
Встав на ватные ноги, я, пошатываясь, побрела в ванную. "Порадовалась", какая у меня моська опухшая, какие яркие синяки под глазами...
Из ванной меня встречал встревоженный Денис с кухонным полотенцем на плече.
— Как ты, коть? — Он поддержал меня под локоть. — Полегчало?
— Очень. — Улыбнувшись, я принюхалась: — У тебя что-то горит.
Чертыхнувшись, парень ломанулся в сторону кухни, а я побрела в гостиную. Покопалась в рюкзаке, с которым хожу в универ, достала коробочку таблеток, кинула одну под язык... Универ! Глянув на часы, я скривилась — одиннадцать утра. Ну, и есть ли смысл собираться?..
— Даже не думай, сегодня ты никуда не пойдешь! — Донеслось с кухни.
Умилившись, я, как в диснеевском мультике, полетела на вкусный запах.
— Ты прелесть! — Выстонала я, глядя на горку бисквитных печенек с кусочками шоколада. Еще теплые...
— Молоко или чай?
— Молоко. — Откусив половину печенья, я блаженно прикрыла глаза.
Я так люблю, когда шоколад еще мягкий, но уже не жидкий... Дениска в старших классах два года на курсы кондитеров ходил, балует меня теперь иногда. Черт побери, да за любовь такого парня любая душу продаст кому угодно, а я выкаблучиваюсь! С другой стороны, заставлять себя и врать ему было бы подло. Уж он-то точно заслуживает искренней любви.
— Вкусно? — Добродушно усмехнулся парень, присаживаясь напротив и хватая печеньку.
— Очень-очень. — Я даже не удивилась, когда эта самая печенька целиком исчезла в пасти Дениса. Он и не такое на спор запихивал, помню, он пончик размером со свой кулак умудрился съесть за один укус. — А что еще в духовке?
— Бисквит с бананом. — Я едва не захлопала в ладоши от счастья. Знает же, что люблю... — Сейчас покушаешь и опять в постельку. — Я скривилась. — Да-да,и не спорь. Тебе нужно полностью восстановиться. Таблетку выпила?
Я кивнула, наслаждаясь вкусом очередного бисквита, Динька не отставал, даже опережал — он же целиком их заглатывал, почти не жуя даже. А там и банановые печеньки подоспели...
Мы до самого вечера валялись в кровати, смотрели фильмы на ноутбуке и просто тихо разговаривали. Денис беспрестанно обнимал меня, иногда целовал в плечо или в шею, щекоча дыханием и заставляя хихикать.
— Дурак я. — Вдруг вздохнул он.
— Почему? — Я повернулась на бок и прижалась к его груди.
— За два месяца полюбить не получится, а дольше встречаться без любви — лишнее мучение. Сам себе могилу рою. — Обреченно прикрыв глаза, парень снова вздохнул.
— Что за глупости? — Возмутилась я. — Думаешь, в такого идеального, как ты, долго надо влюбляться?
Я обманывала сама себя. И его тоже. Да, мне с ним было хорошо, но не было той щемящей привязанности, ради которой я когда-то совершила много глупостей. Не было любви.
Часть 5
Я отправилась в магазин за хлебом и молоком, отсутствовала минут пятнадцать. Когда уходила, Денис был весел и умиротворен. Когда я пришла, он сидел за столом на кухне, обхватив голову руками и хмурясь.
— Что случилось? — Я присела рядом и ласково коснулась русых прядей.
— Два месяца. — Глухо буркнул он. Вздрогнув, я убрала руку. Сейчас нам обоим будет больно... — Я все понимаю, Даш. Не переживай.
Да, не переживай! Я хотела многое сказать, попытаться утешить, но это бесполезно было бы. По себе знаю, что такую боль лечит только время и лучший друг. Жаль мне его терять, но я больше не хочу мучить его, называя другом.
Я молча пошла в спальню, достала из шкафа спортивную сумку, стала складывать вещи. Было горько и больно, а еще я злилась на саму себя. И немножко — на него. Ну нельзя было полюбить нормальную девушку, зачем ему я?
— Даш... — Его ладони легли мне на плечи. — Не уходи, пожалуйста. Давай будем друзьями, давай, только не уходи. Не оставляй меня одного. Я не буду приставать, клянусь. Может, еще все получится...
Я обернулась и крепко обняла парня, прерывая сбивчивые словоизлияния. Он прижал меня к себе, уткнувшись носом мне в макушку и тяжело дыша.
— Прости меня. — Горячие слезы потекли по щекам, впитывались в светлую футболку на его груди. — Пожалуйста, прости.
Глупые извинения. Сама же знаю, что не помогают они!
Теперь Денис спал на диване, а я ворочалась по полночи, не в силах без него уснуть. Для всех мы так и остались парой, но теперь Динька обнимал меня лишь дружески, вкус его губ я и вовсе забыла. Так продолжалось месяц.
Диня вместе с Сашей отправился к какому-то их общему другу на день рождения. Скоро праздник должен был быть и у него, так что я посвятила вечер приготовлению "сюрприза". Ему нравятся продающиеся в детских магазинах гравюры — серебряные, золотые, бронзовые, со львами, с чудесами света — но сам он их выцарапывать терпеть не может. Вот я каждый год и дарю ему уже готовую, царапанную мной лично. Это традиция уже.
Явился он около часу ночи, зараза такая, я нанервничаться успела. Но с постели не встала, сделала вид, что сплю.
— Коте-енок! — Обрадовался парень, ввалившись в спальню. От него явственно несло алкоголем. Он же не пьет!.. — Я с тобой полежу? — Не успела я ничего ответить — он улегся рядом со мной и притянул к себе. Может, лучше с ним не спорить сейчас? — Ты теплая такая, я соскучился. — Уткнувшись холодным носом мне в шею, Динька затих. А потом вдруг тихо спросил: — Почему ты меня не любишь? — Я вздрогнула. — Что со мной не так?
— Все так. Я тебя почти люблю, мне нужно еще немного времени. — Все равно он ничего не вспомнит! Надеюсь...
— Тогда, — парень приподнялся на локте, обдавая мои губы жарким дыханием с запахом коньяка, — поцелуй.
Я без сомений впилась в его губы, прижимаясь ближе и обнимая за шею. А вскоре мне пришлось лишь отвечать на рваные жадные поцелуи, выгибаясь в знающих все мои слабости руках, проталкивать стоны и его имя сквозь пересохшее горло, глядя в слишком ясные для пьяного темные глаза.
Часть 6
Как и ожидалось, я проснулась первой. Герой-любовник дрых рядом, обнимая меня и тихонько посапывая. Под глазами у него залегли густо-фиолетовые тени, словно он не спал вообще всю ночь.
Выбравшись из теплых объятий, я с удовольствием потянулась. М-да, как-то не выходит у нас быть друзьями. Ну ничего, завтра я сделаю ему подарок на день рождения. Плевать, что придется окончательно влюбляться уже в процессе отношений. Я как представила, что он мог в таком состоянии еще с какой-нибудь.... Или каким-нибудь... Нет-нет, он натурал! И очень верный натурал, так что к черту эти мысли, надо готовить завтрак!
Завтракала я в одиночестве. И обедала тоже. Денис проснулся только в четыре — из спальни донесся горестный стон.
— Что, похмелье? — Я прислонилась плечом к косяку.
— Нет. Прости меня.
— За что? — Я приподняла бровь, а Динька медленно сел.
Я просто смылась на кухню.
— Даш, я...
— Ты мне должен сказать, сколько завтра будет гостей. — Спокойно попросила я, постукивая ручкой по блокноту.
— Восемь, плюс Валька друга своего хочет привести. — Устало отозвался парень, наливая воды в чайник.
Понял, что я не хочу об этом говорить. Умница.
Следующий день был полон хлопот — приготовление салатов, заказывание пиццы, суши и прочей лабуды, перетаскивание стола и стульев, перемывание посуды... Динька ходил смурной, но, когда его друзья пришли, вроде, разгулялся. Тогда-то я и позвала его на кухню, где и вручила торжественно гравюру. Как обычно, в заводской плоской коробке.
— О, ирбис. — Улыбнувшись, он разорвал картон и зачарованно уставился на гравюру. Вернее, на надпись, выцарапанную мной в левом нижнем углу. — Даш...
— С днем варенья. — Прошептала я, смутившись от его счастливо-неверящего взгляда.
Сграбастав меня в объятия, именинник стиснул мои плечи так, что где-то что-то хрустнуло. Но мне было плевать — я отвечала на какой-то по-особенному благодарный и тягучий поцелуй.
Когда мы вернулись в гостиную, Динька сжал мои пальцы, напрягаясь всем телом и судорожно втягивая воздух сквозь зубы. Меня и вовсе мелко заколотило, в глазах отчего-то потемнело, я едва ли не рухнула на свободное место на диване рядом с напряженным Сашкой.
— О, Дэн, — Валентин поднялся со своей табуретки, — знакомься, это Игорь.
— Знакомы уже. — Процедил мой парень, здороваясь за руку с Валькой.
Игорь вел себя вполне пристойно, только ехидство в его глазах мелькало, когда Денис целовал мои руки или губы. Весь вечер почти я просидела на бедре парня, держа тарелку в руках. Он то и дело начинал дергать ногой вверх-вниз, приговаривая:
— По кочкам, по кочкам, по маленьким листочкам...
Я смеялась, пыталась удержать равновесие и еду в тарелке, цеплялась за его плечо и просила прекратить.
Стоя на кухне, я зажигала свечи на торте, когда услышала злобный рык. Сразу рванула в гостиную — я же знаю, кто с кем ссорится...
— Какого черта ты вообще рот открываешь? — Рычал Динька, пытаясь стряхнуть удерживающего его Саньку. — Ты ее бросил и забыл, и даже не представляешь, из какой депрессии я ее вытащил и какой ценой! Так что захлопнись и не треплись о том, чего не знаешь, иначе я тебя заткну!
— Динь, хватит, пожалуйста! — Я встала между ними, обнимая взбешенного парня. — Успокойся, я же ведь только тебя люблю.
Подействовало. Тяжело дыша, он опустился на диван, устроив меня у себя на коленях.
— Может, покинешь комнату? — Издевательски посоветовал Игорь. — А то праздник всем портишь?
— Ты предлагаешь мне уйти с собственной днюхи? — Саркастически хмыкнул Денис. — Может, мне проще тебя вытурить?
— Да я сам уйду. — Пожав плечами, мой бывший оскорбленно удалился в прихожую.
Наверное, думал, что его кто-то будет останавливать, наивный.
Спохватишись, я вскочила с колен Диньки, он посмотрел на меня с такой болью, что я даже испугалась. Но надо было торопиться. Вбежав на кухню, я обнаружила, что двенадцать из двадцати четырех свечек до половины растаяли, залив цветным парафином шоколадную глазурь. Чертыхнувшись, торопливо зажгла остальные и понесла торт к гостям. Именинник явно обрадовался, что я не за Игорем побежала, задул одним выдохом все свечки, был оттаскан за уши друзьями...
Спустя пару часов он тихонько забрался ко мне под одеяло — домывал посуду сам, отправив меня спать, а то завтра к первой паре.
— Я люблю тебя. — Мурлыкнул мне на ушко, прижимая к груди.
В полусне я обняла его, потерлась носом о крепкое теплое плечо и затихла, убаюканная мерным дыханием, по которому так скучала.
Часть 7
Вот аккурат в воскресенье утром надо было кому-то позвонить!
— Да. — Мой голос был сиплым спросонок, Динька недовольно завозился, сильнее сжимая расслабленное до этого кольцо рук на моей талии.
— Доброе утро, Дашуль. — Я широко распахнула глаза — сразу появилось нехорошее предчувствие.
— Доброе, мам. — Я зевнула, прикрыв рот рукой, а после запустила пальцы в русые вихры, покоящиеся на моем плече вместе с головой парня. — Что-то случилось?
— Ну, мы с папой ремонт делаем, — да, они давно собирались, я даже помогала им выбрать оформление той или иной комнаты, когда их вкусы совсем уж не совпадали, — во всей квартире сразу, и спальню нашу будут оклеивать и мебель собирать. Мы с тобой пару дней поживем?
Вот оно, это самое нехорошее...
— Ну, это... — Я вдруг засмущалась, как подросток. — Я, вообще, квартиру больше не снимаю, с парнем живу... — Денис напрягся, приоткрыл мутные глаза и вопросительно на меня уставился.
— Ой, как хорошо! — Я облегченно выдохнула — не в штыки восприняла, значит, и папа против не будет. — Мы тогда в гостинице...
— Да можно и у нас. — Хрипловато и достаточно громко высказался парень. — Места всем хватит.
— Мы тогда к двум приедем. — Кажется, мама другого исхода и не ожидала...
— Будешь с моими родителями знакомиться, — хихикнула я, отложив телефон на тумбочку.
— Знаком уже. — Буркнул Дениска.
— Только как мой друг. Эх, говорил мне папа, что взаимной дружбы между парнем и девушкой быть не может...
— Первые пару лет я реально с тобой дружил. — Повернувшись на спину, Динька потянулся до хруста в позвоночнике. — А там гормоны, твое тело, округлившееся в нужных местах, и безумная ревность.
Ага, к Игорю. Я в который раз ощутила укол вины и тут же полезла извиняться. И целовал он жадно, страстно, зная, что лишь ему принадлежу.
— Привет! — Едва ли не хором воскликнули мои родичи, сразу сграбастав меня в объятия.
— Привет-привет, — рассмеялась я, целуя их поочередно в щеку.
— Здрасте. — Раздалось за спиной.
— Я знал, я знал! — Торжествующе возопил папа, пожимая несколько смущенному Денису руку.
— Дениска, как это замечательно! — Моя мама, моложавая стройная женщина, бросилась обнимать моего парня.
Да, родители у меня люди шумные и позитивные, а еще влюбленные друг в друга по уши.
Они приехали лишь с небольшой спортивной сумкой. После долгих споров все же согласились спать в спальне, а мы с Динькой, как и планировали, разместились на диване в гостиной. Он не раскладывается, но сиденье достаточно длинное и широкое для того, чтобы мы вдвоем поместились, если оба будем лежать на боку.
Плавно переместившись за стол, мы пили чай с привезенным родичами тортом, мирно разговаривали и много смеялись.
— Вот при вас говорю, — вдруг серьезно сказал Денис, заставляя меня подняться с табуретки и ни с того, ни с сего опускаясь на колени. Нет. На колено, — чтобы ты, глупая, не смела мне отказывать. — А простенькое тонкое кольцо уже идеально село на безымянный палец. — Ты будешь моей женой, да ведь?
Я кивнула, с трудом сдерживая слезы умиления. Какой он у меня романтик... А мама ничего не сдерживала — она рыдала от счастья у папы на плече.
Настроение весь день было просто шикарное, я почти порхала. Жених мой тоже ходил с нестираемой полуулыбкой.
Вечером я без стука вошла в ванную, почему-то уверенная в отсутствии кого бы то ни было.
— Ой, прости, — я хотела было закрыть дверь, но вдруг осознала всю странность положения парня у раковины. Он стоял, склонив голову и словно пытался достать соринку из глаза. — Динь, все нормально?
— Угу. — Все же вынув что-то из глаза, он положил прозрачную тонкую пленочку в маленький спаренный контейнер и закрутил крышечку.
— Ты линзы носишь? — Негромко изумилась я, подходя поближе. Парень выглядел несколько расстроенным. — И как ты ухитрялся столько лет это от меня скрывать? — Я улыбнулась, давая понять — все хорошо.
— Ну, как видишь, умудрялся. — Пробормотал любимый мне в губы, притянув к себе за талию.
Теперь ясно, почему он после вечернего душа не смотрит телевизор и вообще сразу пытается лечь спать.
— Слепенький ты мой... — Я приподнялась на носочки и куснула его за мочку уха, цепляясь за крепкие плечи.
— Сама такая. — Вяло огрызнулся Денис, покрывая легкими поцелуями мою шею.
Вместо желанного продолжения нам пришлось идти укладываться спать. Дениска горестно вздыхал и старался не прижиматься ко мне бедрами, я же только тихо хихикала ему в ключицу.
Часть 8
Два года спустя.
Я обиженно всхлипнула, надув губы.
— Ну хорошо, хорошо! — Проворчал мой муж, укладываясь рядом со мной и вперивая злобный взгляд в экран ноутбука, лежащего на моих бедрах.
Улыбнувшись, я чмокнула Дениса в щеку и запустила очередную серию высокорейтингового яойного аниме. Под ухом периодически раздавались "фу" разнообразных интонаций, но он смотрел. Потому, что я захотела посмотреть с ним вместе яой. Что поделать, мне за последние три месяца и не такое хотелось...
— Принеси мне яблочко, пока серия грузится. — Я мило улыбнулась, когда обрадовавшийся концу серии парень вскочил.
— Еще одна? — Страдальчески возопил он.
— Еще одиннадцать.
— Прокля-ятье... — Я не сдержала смех.
Да, мой натуральный натурал до самого вечера смотрел откровенный яой, даже уяснил, кто такие семе и уке, правда, не с первой попытки. И все время норовил назвать уке девкой, получал по губам и исправлялся на нейтральное "девушка".
